TheEatenOne
Чему грабли не учили, а сердце верит в чудеса!
Карамон снова застонал и слегка пошевелил головой. Тас быстро осмотрел его тело. Никаких ран он не заметил: не было ни крови, ни опухолей, ни кровоподтеков, ни багровых ссадин — следов кнута. Тем не менее ему было очевидно, что Карамона пытали: тот страдал от боли, все тело его было покрыто испариной, а глаза закатились. Даже сейчас мышцы Карамона время от времени судорожно напрягались, а с губ срывался стон.
— Тебя пытали решеткой? — снова спросил Тас. — Может быть, колесо? Или тиски?
Понаслышке он знал, что эти орудия пытки не оставляют на теле следов.
Карамон пробормотал какое-то слово.
— Что? — Тас наклонился ближе и плеснул ему на лицо воды. — Как ты сказал?
Я не расслышал. Гими… что? — Он нахмурил брови. — Никогда не слышал о такой пытке, — пробормотал он себе под нос. — Интересно, что это такое?
Карамон повторил загадочное слово и застонал еще громче.
— Гимнастика! — радостно воскликнул кендер и тут же уронил таз с водой на пол. — Но это же не пытка! Карамон снова застонал.
— Это физические упражнения, тупица! — завопил Тас. — Ты хочешь сказать, что, пока я тут с ума сходил от беспокойства, воображал всякие кошмарные вещи, ты спокойненько упражнялся?!
Карамону едва хватило сил, чтобы Приподняться на койке. Подняв руку, он схватил кендера за воротник и подтянул поближе к себе, чтобы заглянуть в глаза, — Однажды меня захватили гоблины, — хриплым шепотом сказал он. — Они привязали меня к дереву и всю ночь пытали. Тогда я был ранен драконидами в Кзак Цароте. В темницах Владычицы Тьмы меня кусали за ноги драконьи детеныши, но я готов поклясться, что за всю свою жизнь не испытывал мук страшнее, чем сейчас! Оставь меня в покое, Тас, и дай мне умереть с миром.
Карамон снова застонал и уронил руку на кровать. Глаза его закрылись, и Тас, пряча улыбку, вернулся на свою лежанку.
«Он думает, что ему больно! — думал кендер. — Посмотрим, что он скажет утром!»
(с) М.Трейси, Т.Хикмен, "Сага о Копье: Час близнецов"

@темы: Цитаты, Тексты, Проза